• Участники Агропромышленной Ассоциации Коноплеводов о коноплеводстве, о продукции из конопли и своем опыте.

    «Потребление конопляной продукции вовсе не новое для России веяние. В СССР конопля считалась одной из основных сельскохозяйственных культур. Ее посевы составляли 4/5 всей мировой площади посевов под коноплей – в 1936 году 680 тыс. га, а в 1964 году 980 тыс. га. В какой-то момент конопля оказалась вне закона, и со временем позиции нашей страны были утеряны, а отрасль практически разрушена, – поясняет основатель компании «Конопель» Андрей Кузин. – Основной причиной этому стало присоединение СССР к Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года и Конвенции ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года».

    Уже в конце 90-х годов прошлого века в Государственный реестр селекционных достижений были внесены новые сорта южной технической конопли, не обладающие наркотической активностью, где содержание основного наркотического вещества снижено до 0,1% и менее.

    «Отдельные виды конопли легализовали достаточно давно, поэтому первая волна фермеров, взявшихся за возделывание этой культуры, пошла еще в 90-х годах. Многие занимались не только посевом, но и активно вели селекционную работу, увеличивали возделываемые площади, однако совершенно не инвестировали средства в продвижение продукта на рынок. В итоге они вырастили неплохие урожаи, но потерпели фиаско, потому что не смогли сбыть этот урожай», – рассказывает директор по маркетингу компании «Мордовские пенькозаводы» (ТМ Feel Right) Елена Васильева.

    «Конопля – многофункциональная и неприхотливая сельскохозяйственная культура. При правильном подходе она является сырьем для выпуска широкого ассортимента продукции, что существенно снижает издержки, присущие работе с монопродуктом. Промышленная конопля идет и в пищу в виде семян и масла, на производство волокна для нетканых материалов, веревок и канатов (пенька), текстиля, а также в качестве материала для строительства и подстилки животным (костра). Она не требует много воды и пестицидов, оздоравливает почву и идеальна для выращивания в средней полосе России, – комментирует совладелец агрокомплекса «Коноплекс» Евгений Скигин. – Из конопли можно производить более 1000 наименований продукции».

    Первые крупные проекты в отрасли стали появляться в 2014–2015 годах. После успеха своих зарубежных бизнесов, будучи совладельцем австралийской EcoFibre и голландской Dun Agro, Евгений Скигин в 2014 году создал агрокомплекс «Коноплекс», куда вошли компании «Коноплекс Пром», «Коноплекс Продукты Питания», «Коноплекс Пенза» и «Коноплекс Агро». В 2015 году «Коноплекс» впервые собрал урожай конопли. «Наша компания далеко не первая, кто после упадка отрасли начал заниматься выращиванием и переработкой агроконопли. Многие сосредоточились на производстве волокна и товаров на его основе, кто-то только давит масло из покупных семян. Мы же попытались охватить сразу несколько направлений: промышленное – производство конопляного волокна, пищевое – производство конопляного масла, семян и других продуктов из конопли, семеноводство – семена на посев и продажу», – отмечает Евгений Скигин.

    С 2013 года возрождением культуры выращивания, потребления и использования конопли начала заниматься компания «Конопель». «Весь 2014 год мы провели в многочисленных поездках, в которых знакомились с фермерами по всей России. Изучив рынок, отобрав сырье и заключив договора с поставщиками, в 2015 году мы основали торговую компанию, а затем запустили собственное производство масла с преимущественно ручным трудом. В месяц получалось переработать около 500 кг семян. Поскольку ни оборудования, ни специалистов, ни литературы по этой теме не было, все пришлось постигать путем проб и ошибок. Станки постоянно докупались, процесс производства менялся», – рассказывает Андрей Кузин.

    «Мы запускали наш проект с нуля: не было производственной базы, технологий, катастрофически не хватало специалистов с практическим опытом, агротехники, а самое главное – качественных семян, – свидетельствует генеральный директор компании «УК «Коноплекс» Милена Александрова. – Если вы хотите остаться в этом бизнесе надолго, то семенной фонд – это ваша основа. Именно поэтому первые деньги были потрачены на селекцию и работу по воспроизводству качественного семенного материала».

    В 2018 году ГК «Коноплекс» получила официальный статус семеноводческого хозяйства и теперь может обеспечивать посевным материалом и сырьем для производства продуктов питания из конопли не только себя, но и других сельхоз- и товаропроизводителей в России и СНГ. По итогам 2018 года агрохолдинг занял лидирующие позиции по посевным площадям этой культуры – более 3500 га, что составило почти половину всех засеиваемых в стране территорий.

    Предприятие «Мордовские пенькозаводы», оригинатор сортов «Диана», «Ригс» и «Гляна», изначально работавшее только на сырьевом рынке, в 2018–2019 годах решило создать собственную линейку пищевых продуктов под торговой маркой Feel Right. «Данный шаг был обусловлен стремлением инвестировать не только в развитие селекционной базы, но и самой товарной категории в ритейле. Мы заметили, что переработчики не занимались работой по формированию розничного спроса на продукты из конопли, постепенно качество продуктов у перекупщиков стало снижаться, у нас образовалось много дебиторской задолженности, стимуляция наращивания полей проходила минимальная. Отсутствие заинтересованности в продвижении и популяризации категории со стороны переработчиков и дистрибьюторов во многом было связано с отношением к конопле как к дополнительному продукту, присутствующему лишь для широты ассортимента», – отмечает Елена Васильева.

    «Рост спроса на пищевую коноплю связан в большей степени с неуклонно набирающим обороты трендом на ЗОЖ во всем мире»,- подчеркивает Андрей Кузин. Данную продукцию, по его словам, все чаще выбирают не только спортсмены и последователи вегетарианских диет, но и пожилые люди в целях профилактики и лечения сердечно-сосудистых заболеваний.
    «В числе главных факторов развития категории – популяризация здорового образа жизни. Люди начали больше интересоваться полезными продуктами питания и заниматься спортом, искать альтернативу животному белку. Конопляный протеин немного уступает по концентрации белка гороховому или соевому изоляту, однако по своей усвояемости он лидирует», – замечает совладелец компании «Медал» (ТМ «Коноплектика») Дмитрий Ильков.
    «Конопля – это суперфуд, привычный для более старших поколений и необычный для современников», — добавляет Андрей Кузин. «Продукты из нее не только полезны, но и практичны и могут быть использованы как дополнение или элемент декора к различным блюдам. Просто пока еще не все знают об универсальности данной культуры, не все умеют применять ее в кулинарии», – добавляет он.

    «Несмотря на то что в России были сильны традиции потребления продуктов из конопли, должно пройти время, пока новое поколение не начнет воспринимать их как часть повседневного рациона, считает Елена Васильева. «Мы провели огромную просветительскую работу, чтобы расширить целевую аудиторию продукта и привлечь новых потребителей, – замечает она. – Наша основная работа состояла в том, чтобы преодолеть негативное восприятие, связанное с коноплей, чтобы, когда люди слышали про коноплю, у них возникала иная ассоциация.

    «Популяризация продукта сыграла важную роль в формировании спроса и развитии категории в рознице, — уверен Дмитрий Ильков. — Производители со своей стороны приложили усилия, чтобы познакомить потребителя с этой культурой. Наша компания провела несколько научных исследований на тему конопли в сотрудничестве с разными вузами. С ЮУрГУ мы подготовили научную работу по конопляному молоку и конопляным семечкам, а с 2019 года ведем работу по целлюлозному направлению. На сайте мы дали полную раскрытую оценку по конопляному белку, по его усвояемости и аминокислотному профилю», – делится эксперт.

    Полную версию статьи читайте в источнике: http://mdmag.ru/trendy/poskonnyy-superfud/

  • Зачем нужно возрождать российское коноплеводство?

    Президент Агропромышленной Ассоциации Коноплеводов (АПАК), доктор сельскохозяйственных наук Смирнов Александр Алексеевич о возрождении коноплеводства в России.

    В Советском Союзе располагалось до 80% мировых посевов конопли. Но с середины 60-х годов под эгидой борьбы с наркотиками посевные площади стали уменьшаться, и к началу 2000-х практически сошли на нет.

    В последние годы преимущества этого уникального растения, которое можно перерабатывать почти полностью, снова начинают использовать в разных отраслях промышленности.

    ИА Красная Весна: Конопля долгое время была традиционной культурой для России. Насколько развитой была эта промышленность в дореволюционной России и в советские времена?

    Смирнов А.А.: Культивация конопли здесь началась еще при скифах, раньше, чем в Греции и Римской империи. А во времена Ивана Грозного пенька — волокно, получаемое из стеблей конопли, — уже была одним из главных экспортных продуктов Руси.

    Использовалось и масло. В книгах по домоводству тех времен вы бы могли найти массу рецептов из конопли. Во времена Петра I конопля и лес приносили основные доходы российскому бюджету. Даже в Советском Союзе посевные площади конопли достигали 1 млн га, это порядка 80% мировых посевов.

    Вместе с кукурузой и пшеницей коноплю можно увидеть в центральном снопе фонтана Дружбы Народов — одного из основных символов ВДНХ.

     

    Но в 1961 году ООН в рамках борьбы с наркотиками объявила коноплю опасной культурой, и посевные площади стали уменьшаться.

    ИА Красная Весна: Расскажите подробнее, насколько широким было применение конопли?

    Смирнов А.А.: Из пеньки делали канаты, брезент, парусину, шили одежду, в том числе военную форму. Во времена Петра широкое применение она получила во флоте. Гнали масло, причем не уступающее по свойствам оливковому, а жмых с высоким содержанием белка отправляли на корм. Любой рыбак скажет, что конопляный жмых — лучшая прикормка.

    В советские времена коноплю использовали в строительстве — делали пеноблоки и другие материалы. В середине 80-х появились синтетические материалы — полиамиды, полиэфиры, пленки и т. д. И это стало еще одним негативным фактором. Тем более, что тогда переработка конопли была практически на 80% ручным трудом.

    В результате в начале 90-х площади сократились до 1 тыс. гектаров, закрылись практически все институты и заводы. В стране оставалось только три центра — Краснодарский НИИСХ, который занимался селекцией южной конопли, Пензенский НИИСХ и Чувашский НИИСХ, работавшие со среднерусской коноплей. На сегодняшний день работы по конопле в Чувашском НИИСХе не ведутся.

    ИА Красная Весна: И когда же коноплю реабилитировали?

    Смирнов А.А.: В 2000-х годах. Сначала начали высевать в США, Канаде, затем в Китае. Были выведены специальные сорта с низким содержанием действующего наркотического вещества тетрагидроканнабинола (ТГК). Контроль его содержания существовал и в СССР, а после 1961 года появилось жесткое законодательство.

    Даже сейчас содержание ТГК у нас не должно превышать 0,1%, тогда как в Европе, например, 0,2-0,3%, в зависимости от страны.

    Точкой отсчета стало совещание в Госнаркоконтроле в 2008 году. Организация, которая должна была бороться с коноплей, де-факто признала ее полезность. В те годы в России было всего 600-800 га конопли.

    ИА Красная Весна: Насколько удалось восстановить эту отрасль?

    Смирнов А.А.: В последние три года посевы стабильно держатся на уровне 10-12 тыс.га. В 2008 году была принята федеральная программа противодействия наркотикам, которая как раз способствовала выведению сортов с пониженным содержанием ТГК. Правительство разрешило (постановление № 460) возделывать все сорта конопли, внесенные в Госреестр.

    Там было больше десяти сортов, но ведь у нас совсем не осталось семян. И первые годы ушли на восстановление семеноводства. Коноплю можно сеять только до четвертой репродукции, это очень сложная культура.

    Тогда я работал директором Пензенского НИИСХа. Вокруг было много воодушевленной молодежи. Все рвались в бой, и я семена буквально стаканами делил.

    Сегодня силами существующих хозяйств мы можем засадить порядка 20-30 тыс. га. Основные игроки — предприятия в Пензенской, Курской, Новосибирской областях и в Мордовии. Существующие предприятия производят и масло, и пеньку, кто-то замахивается уже и на глубокую переработку конопли в целлюлозу.

    ИА Красная Весна: Какие сорта культивируются сегодня? В чем их особенности?

     

    Смирнов А.А.: Селекция в нашей стране велась еще до революции. Пензенский НИИСХ, например, дает семена высших репродукций. Если раньше заботились больше о продуктивности и большом выходе волокна, то среди новейших направлений — увеличение содержания целлюлозы.

    Сегодня порядка 80-85% всех посевов занимают сорта Пензенского НИИСХа, выведенные после 2008 года, — «Сурская», «Вера» и «Надежда». Первый сорт является универсальным, идет и на масло, и на волокно. «Вера» отличается повышенным содержанием волокна, а «Надежда» — высокой урожайностью семян.

    В последние несколько лет совместно с семеноводческими предприятиями вывели новые очень интересные сорта «Милена», «Роман». Семеноводческая работа продолжается по различным направлениям.

    ИА Красная Весна: Где применяются конопля сегодня? Расскажите, пожалуйста, подробнее.

    Смирнов А.А.: Пищевая промышленность, текстильная, строительство. Конопляное масло и муку уже можно легко найти в магазинах. Сейчас важна выработка целлюлозы, из которой делают порох, ткани, пластик, который разлагается в почве.

    Содержание целлюлозы в конопле доходит до 60-65%. Таким образом, 1 га конопли заменяет 4 га леса. Причем волокно из конопли не гниет.

    Здесь огромный потенциал для импортозамещения в самых разных отраслях. Теперь понимаете, почему все, у кого есть голова на плечах, сейчас взялись за эту культуру?

    ИА Красная Весна: Чем занимается ваша ассоциация?

    Смирнов А.А.: Агропромышленная Ассоциация Коноплеводов (АПАК) появилась в 2016 году и сегодня включает в себя 35 основных участников этого рынка. Мы собрались, чтобы выступать единой командой, отстаивая интересы отрасли. Ведь на протяжении 30 лет историю коноплеводства вымывали из мозгов, коноплю перестали изучать в институтах.

    Дошло до того, что даже само это слово практически стало ругательством. А ведь конопля — это не бранное слово, а высокомаржинальный полезный продукт.

    АПАК консолидирует как успешные предприятия отрасли, так и начинающие. Мы издали методические рекомендации для фермеров, которых не было более 20 лет. Сегодня очень важен обмен опытом. Проводим семинары, регулярные встречи, обсуждаем проблемы.

    ИА Красная Весна: Какие вопросы вы поднимаете? Что уже удалось сделать?

    Смирнов А.А.: Мы начали с информирования и образования. Писали статьи, рассказывали. За последние годы в разы возросло количество печатных работ. Появились труды в ведущем учреждении — Тимирязевской академии, которая является «законодательницей мод» в сельскохозяйственном образовании.

    Второй вопрос — поддержка со стороны государства. Именно АПАК инициировал в органах власти обсуждение необходимой для отрасли поддержки, все изменения проходили с нашим участием. Правительство и Министерство сельского хозяйства России с пониманием отнеслись к этому вопросу. Сегодня российский фермер может получить небольшие субсидии на посев конопли. Это хороший стимул, но нужно идти дальше.

    Для полномасштабного восстановления отрасли данных мер недостаточно, нужны кардинальные и системные решения, нужна новая техника, оборудование. Мы продолжаем диалог с участниками рынка по этим вопросам. Участвуем и в законотворческой деятельности.

     

    ИА Красная Весна: Какие проблемы развития отрасли нужно, на Ваш взгляд, решать первостепенно, прямо сейчас?

    Смирнов А.А.: Производство качественного отечественного оборудования для переработки. В пищевой промышленности не нужно изобретать велосипед — отжим масла, изготовление конопляной муки можно делать на машинах, приспособленных для других масличных культур.

    Но переработка стебля и уборка — больное место. Иностранные комбайны способны делать уборку и обмолот одновременно. А отечественной техники нет.

    Хотя наш русский мужик, конечно, ко всему приспособился — убирает зерновыми комбайнами, скашивает обычными косилками.

    ИА Красная Весна: Какую роль может сыграть здесь ассоциация?

    Смирнов А.А.: Бить тревогу, вносить предложения. Мы уже смогли решить вопросы с семенами, с переработкой масла. Теперь надо заниматься целлюлозой, кратно увеличивать посевные площади. Надо расширять господдержку. И этим должны заниматься Минпромторг и Минсельхоз.

    ИА Красная Весна: Что, на Ваш взгляд, может дать импульс развитию коноплеводства в стране?

    Смирнов А.А.: Экологические проекты. Мы говорим о сохранении лесов, об экологической продукции, которую используют в пищу, из которой шьют одежду, применяют в строительстве.

    Это безотходная культура. Сейчас основные посевные площади занимают пшеница и подсолнечник, во многих регионах переходящие в монокультуры. А введение технической конопли способствует увеличению биоразнообразия и соблюдению правильных севооборотов, создавая новые рабочие места.

     

    Источник: https://rossaprimavera.ru/article/d628a5d6

  • Государственные сельскохозяйственные ведомства присоединяются к призыву об увеличении содержания ТГК в конопле.

    Национальный государственный департамент сельского хозяйства США присоединился к призыву повысить лимит ТГК в конопле с 0,3% до 1%.

    Но Национальная ассоциация государственных департаментов сельского хозяйства не указала в своем программном заявлении, как Соединенные Штаты предлагают внести это изменение.

    Проект программы была принят в конце февраля во время очередного заседания группы. Ассоциация производителей конопли и другие защитники назвали ограничение в 1% ТГК необходимым изменением для расширения возможностей для производителей.

    «Порог в 1% поможет производителям по всей стране, особенно тем, кто выращивает для КБР, некоторую большую гибкость при выборе сорта», — сказал Роб Ричард, президент Wisconsin Hemp Alliance.

    Министерство сельского хозяйства США настаивает на том, что оно не может поднять лимит ТГК самостоятельно. В заявлении о политике NASDA не говорится о том, следует ли изменить Закон о контролируемых веществах в Конгрессе.

    Р.Дж.Карни, старший директор по государственной политике NASDA, в своем письме прокомментировал: «Коноплеводство — это все еще развивающаяся отрасль, которой нужно давать больше возможностей и свободы для ее дальнейшего процветания. Увеличивая уровень ТГК до 1% в сухом веществе конопли, мы можем помочь фермерам.
    Это дает бОльшую гарантию того, что их урожай быстрее попадет на рынок».

    Источник: https://hempindustrydaily.com/

    Справка

    О компании Hemp Industry Daily
    Hemp Industry Daily публикует все последние новости, тенденции и истории индустрии B2B, которые имеют решающее значение для разработки и коммерческого применения конопли в Соединенных Штатах и ​​за рубежом. Независимо от того, ищут ли вы информацию о деловых возможностях, передовых методах производства и обработки или о статусе изменений в законодательстве или политике, профессионалы во всех аспектах конопляной промышленности могут получить понимание и информацию, необходимую для сохранения конкурентоспособности и развития своего бизнеса.
  • Как у нас локализуют посконную рубаху

    Агрохолдинг «Коноплекс», производитель и переработчик технической конопли, строит первое в России предприятие по выпуску целлюлозы из лубяных культур

    Одежда из конопляной целлюлозы, близкая по своим характеристикам к хлопчатобумажной, — хит модных рынков Европы и США

    В одежде из конопляного полотна, или, по-русски, в посконных рубахах, когда-то отождествлявшихся с простым народом, сегодня щеголяют звезды Голливуда, рассказывая всем о его гипоаллергенности и воздухопроницаемости. А также солдаты армии Китая, убедившиеся в том, что, например, в условиях тропиков только униформа из конопли, а не из хлопка, способна защитить от жары и патогенной флоры, не истлеть от сырости. Кстати, Китай является главной «конопляной державой» в мире, а его текстильная промышленность — крупнейший рынок сбыта конопляного волокна как для внутренних, так и для внешних производителей. В 2017 году на китайский рынок изделий из конопляного волокна объемом 823 млн долларов приходилось около 76% всех продаж.

    В России, где посевы конопли составляют всего два процента от мировых, техническое коноплеводство только подходит к тому, чтобы запустить промышленное производство по глубокой
    переработке волокон конопли и получению целлюлозы. Первым таким проектом станет завод ГК «Коноплекс», строительство которого начнется в этом году в Пензенской области на условиях
    концессии. Входящий в группу Межотраслевой инновационный комплекс (МИК) заключил в декабре 2020 года с
    Минпромторгом РФ соглашение, по которому получил от государства в аренду на 49 лет промышленную площадку площадью более 60 га — здания и сооружения бывшего объекта по уничтожению
    химического оружия «Леонидовка». Компания инвестирует в новое производство два миллиарда рублей собственных и заимствованных средств, организовав выпуск целлюлозы не только из конопли,
    но и из других лубяных культур. «Это будет экологически чистое производство по глубокой переработке конопли, льна, джута, кенафа в высококачественную целлюлозу, предназначенную для
    текстильной промышленности, для изготовления биоразлагаемой посуды и пакетов, биокомпозитных материалов и полимеров, востребованных в лакокрасочной, химической отраслях и фармацевтике», — поясняют в МИК.

    На сегодняшний день ГК «Коноплекс» является лидером российского рынка: в 2019 году холдингом было засеяно 3,4 тыс. га из 10,5 тыс. га общероссийских посевов конопли, в 2020-м посевы были
    немного снижены в связи с севооборотом, но собрано 750 тонн волокна из трех тысяч тонн общероссийского урожая.
    Нынешний инвестпроект компании должен дать хороший толчок развитию всей отрасли, прежде всего в части сбора и
    переработки волокна. До сих пор с наращиванием посевных площадей проблем у коноплеводов не возникало; по прогнозам, в ближайшие годы посевы в стране увеличатся до 15 тыс. га. А вот сбор волокна топчется на месте из-за нехватки перерабатывающих мощностей.
    Нередко фермеры, собрав семена и окупив расходы за счет этого высокомаржинального продукта, сами растения
    просто закапывают в землю.

    Выросли на конопле

    «Коноплекс» начинал свой бизнес в 2014 году с нуля — со сбора остатков конопляных семян в научно-исследовательских
    институтах и воспроизводства семенного фонда. Дело в том, что производство технической конопли в России прекратилось еще в 60-е годы прошлого века, с момента поспешного подписания СССР
    пролоббированной америкацами Единой конвенции о наркотических веществах, подготовленной якобы в целях борьбы с наркотиками, а на самом деле — для устранения конопли как конкурента синтетических волокон. «Только самостоятельно получив достаточное количество семян, мы смогли перейти на промышленный сев: в 2015 году засеяли 115 гектаров в Брянской области, в 2016-м — 506 гектаров в Пензенской области и 449 гектаров в Рязанской области, а в 2019 году площадь наших посевов составила уже более трех тысяч гектаров», — рассказывают в «Коноплексе». Сейчас весь сельскохозяйственный бизнес холдинга расположен в Пензенской области — здесь подходящие почвенно-климатические
    условия для возделывания отечественных сортов технической конопли, к тому же региональные власти идут навстречу,
    оказывая поддержку сельхозпроизводителям и проектам компании.

    ГК «Коноплекс» создана в 2014 году. 
    Занимается выращиванием и переработкой промышленной 
    конопли, научно-исследовательской
    деятельностью по селекции и семеноводству
    этой культуры. Общая площадь всех земель
    в севообороте занимает более 12,5 тыс. га.
    Производственные площади — 5 тыс. кв. м,
    складские помещения — 10 тыс. кв. м.
    Выручка — нет данных.
    Число сотрудников — 200. 

    Так, в июле 2020 года в технопарке «Отвель» был открыт завод по пищевому производству мощностью до 15 млн бутылок масла в год. «Это первое в России производство полного цикла по технологии
    холодного отжима, в линейке наших продуктов — масла из различных культур, не только конопли, но и льна, горчицы, подсолнечника, рыжика, кедрового ореха, авокадо; также мы выпускаем муку, клетчатку, белковые добавки, кондитерскую
    семечку», — рассказывает генеральный директор УК «Коноплекс» Милена Александрова. К развитию своего проекта «Коноплекс» подключил и научные силы: в состав группы входит Центральный
    научно-исследовательский институт промышленности и сельского хозяйства, где занимаются семеноводством и селекцией
    конопли. Достигнутые успехи связаны пока с пищевым направлением коноплеводства. Некоторые новые сорта технической конопли, выведенные совместно с Федеральным научным центром лубяных культур, отличаются повышенной урожайностью, лежкостью и содержанием масла. Разработаны новые технологии
    переработки семян. У конопляного масла небольшой срок хранения из-за высокого содержания полиненасыщенных жирных
    кислот, за которые оно и ценится. Новые щадящие методики холодного отжима — с контролем температуры на всех этапах
    производства, качественной фильтрацией в несколько ступеней — позволяют получать продукт без осадка (который и вызывал прогоркание), что увеличивает срок годности масла.

    В последнее время компания серьезно занялась вопросами переработки конопляного волокна, причем по двум направлениям. Первое направление — переработка волокна с целью получения пеньки: в марте «Коноплекс» запустит в Пензе крупнейшее
    в России предприятие. Второе направление — глубокая переработка волокна с целью получения целлюлозы. Реализация последнего проекта будет небыстрой. Несмотря на то что промплощадка, переданная «Коноплексу» по концессии, находится в хорошем состоянии, с готовыми коммуникациями и подъездными путями, понадобятся не один год и серьезная модернизация инфраструктуры для нового производства. Основные вложения будут сделаны в приобретение оборудования, большей частью импортное, изготовленное по заказу компании с учетом технических пожеланий «Коноплекса». Запланировано две очереди запуска производства. «В
    2023 году мы начнем с производственной мощности в тысячу тонн, будем наращивать этот показатель, доведя его к 2026
    году до четырех тысяч тонн целлюлозы», — говорят в компании. При этом с ростом производства, а для названного объема потребуется как минимум шесть тысяч тонн тресты (льняной и конопляной соломы),
    предполагается брать в переработку техническую коноплю, лен и другие лубяные культуры, в том числе сторонних хозяйств, формируя таким образом в Пензенской и сопредельных областях отраслевой региональный кластер.

    Это будет экологически
    чистое производство по
    глубокой переработке конопли, льна, джута,
     кенафа в высококачественную
    целлюлозу, предназначенную для текстильной
    промышленности, для
    изготовления биоразлагаемой посуды и пакетов,
    биокомпозитных материалов и полимеров

    Конопляный клондайк

    Рынок с воодушевлением встретил новость о целлюлозном проекте «Коноплекса». «Это, по сути, первый шаг к консолидации отрасли, так как крупные игроки входят в рынок тогда, когда есть устойчивый розничный потребительский спрос, перспективы развития, предполагающие оправданность инвестиций», — отмечает
    управляющий партнер BMS Group Алексей Матюхов. «Наконец у нас в стране появятся альтернативные виды целлюлозы, ведь до этого внимание было сосредоточено исключительно на традиционной
    древесной целлюлозе, процесс получения которой максимально длительный, дорогой и загрязняющий окружающую среду», — говорит президент Ассоциации производителей русской пеньки и директор компании «Мордовские пенькозаводы» Александр Кучинский.

    Действительно, конопляная целлюлоза — клондайк экономических возможностей: из этого растения можно получить целлюлозы в четыре раза больше, чем из деревьев с той же площади, только
    деревьям надо расти сорок–пятьдесят лет, а конопля вызревает за 110 дней, она неприхотлива в уходе и у нее мало естественных вредителей. Процесс получения целлюлозы из конопли, а также
    из других лубяных культур вдвое короче, чем из древесины, обходится практически без вредных выбросов в окружающую среду, а по качеству целлюлоза получается не хуже древесной.

    Конопля способна заменить хлопок, который в России не растет и полностью импортируется. «Рынок хлопкового волокна сегодня составляет порядка пятидесяти тысяч тонн в год, а с учетом
    того, что импортируются также пряжа и текстиль из хлопка, объем рынка еще больше, — поясняют в “Коноплексе”. — Между тем целлюлоза из лубяных культур близка по своим характеристикам к
    хлопковой, а создание производств по ее выпуску развивает не только сельское хозяйство, но и текстильную, строительную промышленность». Иными словами, новая продукция «Коноплекса» могла бы заместить примерно восемь процентов потребляемого в России хлопка.

    Неудивительно, что в направлении глубокой переработки конопляного волокна двинулись и другие участники
    рынка. По словам Александра Кучинского, в «Мордовских пенькозаводах» провели испытания и готовятся уже в
    следующем году запустить промышленное производство целлюлозы, а сейчас подбирают оборудование под оптимальную загрузку имеющимся сырьем — речь идет о переработке трех тысяч
    тонн волокна и выпуске порядка двух тысяч тонн целлюлозы. Амбициозные планы у компании «Смарт Хемп», которая в прошлом году начала выращивать техническую коноплю в Ивановской области на площади почти две тысячи гектаров, в этом году намерена запустить производство пеньковолокна, а главное,
    по некоторым данным, совместно с текстильными предприятиями области уже отрабатывает технологию добавления
    пеньковолокна в хлопчатобумажные ткани, которые в результате получат новые антисептические, бактерицидные
    свойства и станут более долговечными.

    С наращиванием посевных площадей проблем
    у коноплеводов нет: по
    прогнозам, в ближайшие
    годы посевы в стране
    увеличатся до 15 тыс.
    га. А вот сбор волокна
    топчется на месте из-за
    нехватки перерабатывающих мощностей. Нередко
    фермеры, собрав семена,
    сами растения закапывают в землю

    Экорубаха поедет в Америку

    Несмотря на очевидные преимущества конопляной целлюлозы, на практике может оказаться, что российская промышленность из-за общей технологической отсталости пока не готова работать с таким сырьем. Этим объясняется превентивное налаживание той же компанией «Смарт Хемп» контактов с ивановскими ткачами. А в «Мордовских пенькозаводах» прямо говорят, что намерены экспортировать свою будущую целлюлозу — уже достигнуты договоренности о поставках на рынки США и Канады.

    Для того чтобы новая целлюлоза быстрее «прописалась» в России, необходимо ее более массированное наступление на рынок, а для этого — интенсивное развитие производства лубяных культур.
    Участники рынка пытаются координировать свои усилия: в ноябре прошлого года часть компаний-коноплеводов объединилась в одну ассоциацию с льноводами, союз «Русленконопля» возглавил
    Константин Клюка, владелец компании «Русский лен». При этом есть общее мнение, что серьезно ускорить развитие рынка может государство. Сегодня оно помогает компаниям в рамках общих
    программ поддержки сельхозпроизводителей — это возмещение части капитальных затрат, погектарная поддержка,
    поддержка элитного семеноводства, субсидируемый лизинг стандартной техники. Последняя программа, однако, не
    совсем релевантна для коноплеводов, поскольку необходимое им оборудование не производится в России. Между тем отрасль остро нуждается в перерабатывающих мощностях. По мнению председателя Агропромышленной ассоциации коноплеводов Александра Смирнова, самое лучшее, что могло бы сделать государство, — стимулировать машиностроение для создания оборудования по
    переработке волокон конопли. В идеале нужна отдельная программа поддержки отрасли на федеральном уровне.

  • АЛЬБЕРТ ПОПОВ: «КОНОПЛЕВОДСТВО МОЖЕТ СТАТЬ ТОЧКОЙ РОСТА НЕ ТОЛЬКО ДЛЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА, НО И ДЛЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ В ЦЕЛОМ»

    Альберт Попов

    Когда-то Россия занимала лидирующие позиции в мире по выращиванию промышленной конопли. Еще сто лет назад в нашей стране было сосредоточено до 95% всего мирового коноплеводства. Но со временем эти позиции были не просто потеряны — отрасль была разрушена практически до основания. А между тем, сегодня эта нетипичная (и даже многим до сих пор кажущаяся «запретной») культура обладает просто фантастическим потенциалом. Понимание этого факта привело к созданию Агропромышленной ассоциации коноплеводов (АПАК), которая призвана возродить отрасль в России. В этом году ассоциация провела первое Всероссийское отраслевое совещание «Коноплеводство России 2017: перспективы культуры в возделывании и переработке», на которое приехало большое число заинтересованных аграриев. Мы встретились с директором АПАК Альбертом Поповым и попросили его подробно рассказать «Аграрным Известиям» о перспективах культуры и сложностях, которые пока препятствуют более интенсивной модернизации отрасли.

    — Альберт Александрович, Агропромышленная ассоциация коноплеводов была создана сравнительно недавно — в конце 2016 года, но первые результаты появились довольно быстро. Расскажите, какие вообще предпосылки привели к необходимости объединиться?

    — Действительно, наша Ассоциация была создана в конце 2016 года при прямом участии Пензенского НИИСХ, одного из оставшихся центров селекции конопли. Причины на самом деле лежат на поверхности. В прошлом наша страна занимала лидирующие позиции по коноплеводству, продукты переработки конопли были одной из основных экспортных статей Российской Империи. Но с 1960-х годов отрасль начала приходить в упадок, и сегодня мы имеем небывало низкий уровень посевных площадей, занятых промышленной коноплей, — всего 2600 гектаров в 2016 году! Удивительно, но в Прибалтике, площадь земель в которой несопоставима с нашей, объем посевов и то больше.

    К сожалению, деградация постигла отрасль целиком. Селекционная работа тоже находится в тяжелом состоянии. На всю страну из работавших ранее научных центров — в Краснодаре, Пензе и Чувашии — уже осталось всего два. Все меньше и меньше остается адептов этой культуры, а без научного обеспечения отрасль попросту исчезнет.

    — То есть практически на руинах вы решили отстроить отрасль заново?

    — Да. Мы подошли к черте, когда либо мы ставим крест на всех потенциальных инвестициях, науке и забываем об этой отрасли навсегда, либо предпринимаем конкретные незамедлительные шаги по ее восстановлению и даже преумножению. Мы видим огромный потенциал у коноплеводства в России. За рубежом отрасль в последние годы развивается очень энергично, технологично, интенсивно. Почему Россия не может делать то же самое и получать такую же прибыль? То, что мы говорим о возрождении отрасли, больше прагматичный расчет, нежели просто красивые слова.

    — Вы говорите о большом потенциале, рентабельности культуры. Раньше из конопли производили так называемую пеньку, которой и славилась Россия на международном рынке. А в 21 веке как себя может проявить конопля?

    — В стеблях конопли содержится 28-32% волокна, в семенах — 29–32% масла. Конопля — сырье для тысячи наименований различной продукции. Это волокно, ткани, бумага, масло, лекарства и многое другое. Действительно, раньше все делали упор на традиционные продукты коноплеводства — масло, пеньку. Но мир не стоит на месте, и сегодня продукцию переработки конопли применяют даже при строительстве.

    — Наверное, сейчас я задам тот вопрос, который назрел у большинства читателей. В силу известных причин в обществе сформировано негативное отношение к данной культуре. Эти стереотипы и способствовали вырождению?

    — И это в том числе. Пожалуй, начну с развенчания мифов. Действительно, в некоторых видах конопли (а именно в ее разновидности Cannabis Indica) содержится более 25% процентов тетрагидроканнабинола (ТГК), запрещенного наркотического вещества. Но мы же говорим о выращивании конопли посевной (Cannabis sativa). В России принят один из наиболее жестких в мире предельных уровней содержания ТГК — не более 0,1%. В подавляющем большинстве стран Европы разрешено содержание на уровне 0,2%, в Канаде — 0,3%. Италия в конце 2016 года приняла нормативные документы, которые позволяют возделывать эту культуру с содержанием ТГК 0,6%.

    С появлением первых нормативных актов в 2007 году в России начали смотреть на коноплеводство не как на что-то преступное, а как на отрасль, которая может приносить прибыль. Да и первые посевы стали производиться только с 2011 года, с опаской, как будто «вжав в голову в плечи». Все-таки в обществе уже сформировались устойчивые стереотипы. Когда я впервые познакомился с культурой, понял, что в адрес технической конопли высказано столько незаслуженных упреков, неоправданные законодательные ограничения, которые составлялись по принципу «проще все запретить». И тут, пожалуй, нужно сказать слова благодарности бывшему руководителю ФСКН Виктору Иванову — при нем был принят ряд нормативных документов, которые обозначили разницу между наркотической и безнаркотической коноплей, справедливо сохранив при этом наказание за выращивание и использование наркотической конопли и необходимость проверки и контроля правоохранительными органами посевов. Кроме того, не секрет, что там, где растет ненаркосодержащая конопля, нет места наркоманам. Это особенность культуры — все посадки конопли в радиусе 5 км с технической коноплей за счет перекрестного опыления имеют низкие показатели ТГК. И те, кто пытается возделывать наркосодержащую культуру, как огня боятся наших полей.

    — Но ведь визуально наркосодержащая конопля от посевной ничем не отличается. Как контролирующие органы должны разбираться, где растет запрещённое растение, а где действительно сельхозкультура?

    — Это одна из наиболее острых проблем, тормозящих развитие отрасли. Дело в том, что наше законодательство в этой части требует доработки. Необходима простая и четкая регламентированная методика определения уровня содержания ТГК в растении, а также возможность проведения анализа на месте. Только ее создание позволит уберечь добросовестных сельхозпроизводителей от непростых отношений с правоохранительными органами на местах, а коллегам из МВД — проводить исследования по строгой и понятной методике, не боясь, что они что-то неправильно срезали, недосмотрели. Мы хотим, чтобы правила были понятные и прозрачные. Чтобы не получилось так, что те инвестиции, которые делают аграрии сейчас, сталкиваясь с большими сложностями в агротехнике и не имея сформированного рынка сбыта, не обернулись полным крахом. Они строят бизнес с нуля, и мы не хотим, чтобы они пострадали.

    — Западный опыт как раз говорит о послаблении всех этих запретов, так ведь?

    — Именно. Пока мы боремся сами с собой, наши зарубежные коллеги снимают ограничения. Там уже давно поняли, что конопля может стать точкой роста. Например, Македония разрешила возделывать коноплю в медицинских целях. Небольшое государство, как оно может выживать? Действительно, только за счёт правильных экономических решений. А теперь представьте, какой потенциал есть у России с таким колоссальным земельным банком!

    В Европе лидер по посевным площадям, занятым под коноплей, — Франция. И мы наблюдаем стабильный прирост из года в год. О чем это говорит? Европейцы — люди очень рациональные, они увидели, что данная культура не менее рентабельна, чем традиционные, и просто вводят ее в севооборот, отдавая все больше полей под коноплю. Россия обладает огромными ресурсами, взять ли среднюю полосу, российское Нечерноземье, регионы Сибири, Дальнего Востока, где были попытки принести на эту почву то, что не дает экономической отдачи. Давайте не будем забывать про ту культуру, в которой мы были традиционно сильны. Эта земля давала нам хороший урожай, наша страна на этом зарабатывала и глупо от этого отказываться. Вообще мировой лидер по площадям под коноплей — Китай. Но 20-25 лет назад коноплеводство там начиналось с горстки семян. Мы можем сделать такой же рывок.

    — Еще один очень резонный вопрос. Как на все это смотрит наше правительство, Минсельхоз? Там понимают значимость культуры?

    — Одна из причин создания нашей ассоциации заключалась в необходимости обратить внимание регулятора на потенциал коноплеводства. Раньше в поддержке семеноводства присутствовали все индикаторные культуры, а коноплю исключили. Потому что в общем масштабе коноплеводство было совсем мизерным, профильные регуляторы не видели субъектов поддержки. Про коноплю, как одну из самых урожайных и высокомаржинальных культур, забыли, а пеньку (конопляное волокно) постепенно заменили джутовым волокном или вовсе синтетическими материалами — свято место пусто не бывает. Но у конопли есть специфика. Волокно конопли не гниет, не портится от постоянного контакта с водой, в том числе соленой.

    Вообще господдержка дает нам надежду на скорые перемены к лучшему. И хотя даже в этом году коноплеводство не получило несвязанной поддержки на гектар, возможно, в силу небольшого объема площадей, сейчас наши коллеги из Минсельхоза активно сами вырабатывают такие мероприятия, которые могут дать отличный старт отраслевому росту. Если мы будем высевать по 100-200 тысяч гектаров, значит, господдержку можно будет считать достаточной и состоявшейся. Она нужна именно сейчас, на этапе становления отрасли. Чиновники из Минсельхоза это понимают и активно помогают нам в меру своих полномочий. Конечно, усилий только федерального центра недостаточно — необходима такая же активная позиция коллег из региональных органов власти. В традиционных коноплесеющих регионах России понимание необходимости развития этой культуры определенно есть. Также крайне важно дать возможность профильным органам исполнительной власти инициировать изменения в федеральном законодательстве даже в зоне ответственности таких министерств, как МВД и Минздрав, возобновить работу межведомственных групп в новом формате с учетом исключения из этого формата расформированной ФСКН. И мы рассчитываем, что профессионализм и ответственность органов исполнительной власти федерального уровня дадут отрасли толчок к развитию, создадут равные конкурентные условия с коноплеводами Западной Европы и Северной Америки. Ведь ни о чем большем российские коноплеводы и не мечтают. Подвижки есть. Один из первых результатов заключается в том, что с этого года благодаря нашему продуктивному взаимодействию с Минсельхозом России конопля попала в перечень на субсидирование элитных семян.

    — А сложно ли вообще выращивать коноплю в сравнении с другими культурами?

    — Бытует миф, что возделывать коноплю ровным счетом ничего не стоит. Это не так. Конечно, эта культура тоже требует к себе достаточного внимания. Существуют правила севооборота, ей нужна подготовленная почва. Конопля нетребовательна к температурному режиму, ей не нужно много солнечного света и она любит влажность.

    У конопли есть очевидное преимущество, которого нет ни у одной другой культуры. Она имеет способность чистить землю, вытягивает все токсины, не передавая их в семечку. В результате этой особенности строения мы получаем экологичную продукцию и при этом эффективно чистим почву. Например, в оживленном промышленном районе Западной Вирджинии при плотном автомобильном трафике местные аграрии очищают загрязненную токсинами почву, периодически высевая ту самую техническую коноплю. Что удивительно: в семечке этой конопли нет и следа загрязняющих веществ, все токсины «ушли» в костру — древесную часть стебля. А при анализе земли в лаборатории получили практически нулевое содержание в почве тяжелых металлов.

    — А нужно ли начинающему коноплеводу вкладываться в приобретение специализированной техники?

    — Это еще одна беда отрасли. Специализированной техники на сегодняшний день у нас нет. Мы пользуемся стандартной техникой, дорабатываем на месте с аграриями. В эпоху СССР предпринимались попытки механизировать коноплеводство, но реанимировать старые наработки не имеет смысла. У нас остался всего один специализированный Институт механизации льноводства и несколько машиностроительных предприятий. Да, мы могли бы договориться с отраслевыми лидерами, но они ориентируются на объемы. 2600 гектаров посевов конопли (по итогам 2016 года) возможно обработать всего 5-6 комбайнами. С учетом объемов потребления техники иллюзий мы не питаем насчет появления специализированных жаток и комбайнов.

    — Альберт Александрович, завершить разговор очень хочется перспективами. Какие сейчас задачи у вашей организации, можете дать какие-либо прогнозы по дальнейшему развитию коноплеводства?

    — Мы строим планы на перспективу, причем стараемся делать это выверенно и осторожно. Даже по самому пессимистичному сценарию мы рассчитываем, что площадь под коноплей может достигнуть 20 000 га в скором времени. Уже в этом году мы ожидаем 1,5–2-кратный рост — надеемся, что перешагнем рубеж в 4 тысячи гектаров. Это связано с тем, что в предыдущие три года многими коноплеводами и наукой был создан существенный задел семенного фонда. У нас есть государственный реестр, в котором находится 26 сортов конопли. Все они районированы.

    Мы позитивно оцениваем тот факт, что на наше отраслевое совещание приехало много начинающих коноплеводов. Их мы постарались уберечь от совершения типичных для отрасли ошибок. Конечно, мы заинтересованы, чтобы как можно больше людей стали энтузиастами этой культуры. Но каждому хочу сказать — не спешите, друзья. Наша задача — показать, что нужно относиться серьезно к этой культуре. Здесь есть много нюансов и все их надо учитывать.

    В названии нашей ассоциации мы сознательно сохранили слово «конопля», чтобы общество и представители власти перестали нас бояться. Это обычная сельхозкультура, такая же, как рожь или пшеница. Надо бороться со стереотипами. На сегодняшний день в нашей ассоциации более полутора десятков участников, среди которых те, кто занимается выращиванием и переработкой культуры. У нас бесплатное членство для аграриев и научных институтов, мы сознательно избегаем всех коммерческих вопросов, связанных с ценообразованием и продажей семян и волокна. На выставке «Золотая Осень» планируем провести тематическую конференцию, на которую хочу пригласить всех, кто заинтересовался вопросами выращивания такой интересной и перспективной культуры, как конопля!

    СССР стал достойным преемником Руси — мы опять были впереди планеты всей. В 1936 году посевы конопли у нас в стране занимали 680 тыс. га — 4/5 всей мировой площади под коноплей!

    Надо сказать, что курение «травы», несмотря на повсеместное ее произрастание, отнюдь не было русской традицией (в отличие, например, от Средней Азии, где это часть культуры). Каких-нибудь 40 лет назад, а то и меньше, конопляные поля были бескрайними, а словосочетание «коноплеуборочный комбайн» не вызывало глупого хихиканья.

    Почему же сейчас конопля в изгоях и под запретом? За это надо сказать «спасибо» Никите Сергеевичу Хрущеву.

  • Очищение коноплей: как в Австралии будут бороться с загрязнением воды?

    В грунтовых и поверхностных водах, а также в почве окрестностей Уильямтауна была обнаружена высокая концентрация химикатов, используемых Королевскими военно-воздушными силами Австралии при пожаротушении. Исследователи престижного Центра возможностей геотехнической науки и инжиниринга, расположенного в Университете Ньюкасла, продемонстрировали эффективную способность компонентов семян конопли к очищению воды от перфтороктансульфоновых веществ (PFAS), которые используются в средствах тушения и практически не растворяются в воде.

    В рамках местной программы поддержки и развития исследований (RAAP) ученые уже получили грант от правительства штата Нью Саут-Уэйлз в размере 600 тысяч долларов для дальнейшего сбора сведений о возможности обработки загрязненной воды в крупных масштабах. Исследование также получило поддержку от Университета Ньюкасла в размере 220 тысяч долларов. Финансирование будет использоваться, в том числе, для разработки процесса очищения всей местности.

    Группа ученых Центра геэкологических исследований под руководством доктора Бретта Тернера в срочном порядке зарегистрировала интеллектуальную собственность и теперь работает над проведением исследований.

    «Мы обнаружили, что порошок из семян конопли содержит белки, которые, по-видимому, очень эффективны при удалении химикатов группы PFAS из воды», — сказал доктор Тернер. По его словам, при проведения опыта было доказано, что токсичные химикаты PFAS могут быть разложены при помощи порошка из семян конопли. «Основываясь на этом чрезвычайно перспективном доказательстве, мы будем исследовать обработку больших водоемов с целью сдерживания и устранения загрязнения в Уильямтауне», — сказал он.

     

    Источник – сайт Университета Ньюкасл

  • Восстановление коноплеводства – мощный стимул развития российской экономики

    Елена Лерман

    Окончила Калининградский механико-технологический техникум (Московская область) по специальности «Конструирование и моделирование женской верхней одежды», проходила преддипломную и дипломную практики в Общесоюзном Доме моделей на Кузнецком мосту и защитила красный диплом. Затем закончила Московский технологический институт легкой промышленности (Академия дизайна и технологии) по специальности «Конструирование женской одежды в САПР», работала конструктором на фабриках Москвы и Московской области, художником по костюмам на центральном телевидении в передачах: «Что? Где? Когда?» и «Брейн-Ринг», как fashion-аналитик сотрудничала с порталами: Moda.ru, Intermoda.ru, FashionTime.ru, F2F-mag.ru, а также с ИА «РИА Мода» с марта 2011 года до сентября 2012 года.

    В департаменте лесной и легкой промышленности Минпромторга РФ разработаны и успешно реализуются проекты по восстановлению производства российских тканей из натурального и химического сырья. В связи с широким применением в промышленности продукции, изготовленной из конопли, данная культура становится стратегической, способствуя восстановлению российской экономики.

    В интервью аналитику моды Елене Лерман, ИА «РИА Мода», заместитель директора департамента лесной и легкой промышленности Минпромторга РФ Олег Вячеславович Кащеев заявил, что государство будет восстанавливать производство одежды и технических изделий из конопляного волокна, однако, комментируя появившиеся сообщения в прессе об использовании изделий из конопли в Гособоронзаказе, отметил, что подобные заявления являются «журналистской уткой».

    О.В.Кащеев

    О.В.Кащеев также отметил: «Конопля, называемая на Руси пенькой, традиционно использовалась для производства одежды и изделий технического назначения таких, как веревки и канаты. Специалисты различают два подвида этого растения: посевная или среднерусская конопля, не обладающая наркотическим действием и конопля индийская, борьбу с которой будут продолжать и дальше».

    Испокон веков в России выращивали коноплю и умели безотходно использовать получаемое волокно и масло. Российская империя многие столетия являлась главным поставщиком пенькового каната для флотов крупнейших морских государств. До начала XX века в табеле о рангах самых прибыльных сельскохозяйственных культур конопля соперничала только с виноградом и хмелем. Культивирование конопли с успехом продолжалось и в СССР, где в 1936 году посевы конопли составляли четыре пятых всей мировой площади, занимаемой этой культурой.

    Конопля — древнейший сосед человека, о пользе которой наши далекие предки узнали еще до начала массового земледелия. В шестом тысячелетии до нашей эры китайцы научились производить из конопли бумагу, что повлекло за собой многовековую традицию печатания книг, карт и учебников на конопляной бумаге. Кстати, доллары США до сих пор печатаются на бумаге из конопли.

    Также самые первые джинсы были конопляными. В 2001 году компания-первооткрыватель джинсов, Levi Strauss & Co, выкупила за 45 тыс. долларов первый образец джинсов 1880 года, чудом сохранившийся в шахтерской деревне Невады. Оказалось, что с тех пор конопляная ткань, практически, не износилась!

    Наши предки, называвшие грубые конопляные холсты «сермягой», также широко использовали ее в рабочей одежде.

    Пористые конопляные стебли не только необычайно прочны, но и легко прокрашиваются, что позволяет получать яркую и воздухопроницаемую ткань. Так как никакие сорняки не уживаются рядом с коноплей, то в ее производстве не используются пестициды. Полученное конопляное волокно не требует обесцвечивания хлором, что делает конопляную одежду экологически чистой. В настоящее время особенно полезными свойствами одежды из конопли является ее антисептичность и гипоаллергенность.

    Однако в 1929 году, после разразившегося мирового кризиса, верному служению конопли нуждам человека был нанесен сокрушительный удар. Множество людей, впавших в глубокую депрессию, пристрастились к марихуане, на что в 1937 году правительство США ответило антиконопляной компанией, распространившейся на весь мир. В 1961 году СССР резко сократила посевные площади конопли, ратифицировав Конвенцию ООН «О наркотических средствах».

    Но уже в 1970 году Верховный суд США признал запрет на выращивание этой травы неконституционным и производство конопли в стране начало благополучно возрождаться. Сегодня исследованием, производством и переработкой конопли занимаются более 200 компаний во всем мире.

    В нашей стране картина безрадостна. По данным Государственного антинаркотического комитета, в настоящее время в России посевные площади промышленной конопли составляют менее двух тысяч гектаров, что в 300 раз меньше, чем в 1960-х годах.

    В интервью «Российской газете» глава Государственного антинаркотического комитета, директор Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков Виктор Иванов подчеркнул: «По оценкам экспертов, (конопля – прим.ред.) это огромный источник пополнения казны, который мы потеряли, включив растение в запретные списки: «Это уникальный, исключительно высокорентабельный продукт».

    Потеря же Россией мировых позиций в этой отрасли привела к тому, что мы превратились в крупнейшего импортера натурального волокна и растительного низкосортного пальмового масла — до одного миллиона тонн ежегодно.

    Американцы сегодня уже культивируют почти в десять раз больше конопли по площадям, чем мы. Россия просто отдала первенство, можно сказать, зазря». Заметим, что цены на коноплю на мировом рынке в два раза превышают цены на хлопок, а спрос на конопляные ткани ежегодно растет на 30%.

    Также Виктор Иванов подчеркнул, что во всем мире идет резкое увеличение конопляного производства, где сегодня лидерами являются: Китай, Канада, Франция, Германия, Италия и США. В Китайской народной республике под посевы конопли отведено около 30 тысяч гектаров, планируя к 2020 году довести этот показатель до 500 тысяч. Более того, в настоящее время Китай инвестирует свыше миллиарда евро в развитие конопляного хозяйства в Казахстане. Европейский союз также планирует инвестировать деньги в производство конопли в этой республике. Даже Украина увеличила в 2010 году посевы конопли в сотни раз.

    Следует отметить, что Минэкономразвития и Минсельхоз РФ в рамках реализации «Стратегии государственной антинаркотической политики Российской Федерации до 2020 года» поддержали предложения Государственного антинаркотического комитета в Правительство РФ об экономической целесообразности выращивания и использования в промышленности культурных сортов конопли.

    Столь парадоксальное решение принято по вполне понятным причинам: выращивание в широких масштабах новых безнаркотических сортов конопли исключает их использование для производства наркотиков. Кроме того, исследования Всероссийского НИИ растениеводства показали, что посевы среднерусской конопли снижает наркотичность незаконных посевов, а также сорных и дикорастущих растений конопли.

    И таких сортов выведено большое количество. Еще с начала 80-х годов прошлого столетия усилиями ученых-селекционеров Пензенского НИИСХ, Чувашского НИИСХ и Краснодарского НИИСХ Госреестр был дополнен 22-мя сортами и гибридами посевной ненаркотической конопли, которые на законных основаниях могут возделывать труженики сельскохозяйственных предприятий.

    По данным краснодарского подразделения Госнаркоконтроля, приведенных на видеоконференции, посвященной проблеме промышленного культивирования конопли на территории РФ, прошедшей 5 октября 2011 года, 1 гектар, засеянный коноплей, позволяет получить столько же бумаги, сколько и с вырубки 3-4 га леса, или около 10 тонн сырья для текстильной промышленности и примерно одну тонну семян на конопляное масло и корма для животноводства. Однако специалисты уточнили, что в Краснодарском крае производство конопли не сохранилось. Только в республике Адыгея существует единственное хозяйство, засевающее этой культурой 200 га. До конца 90-х годов промышленное выращивание конопли в Краснодарском крае еще функционировало, занимая площади до 15 тысяч гектаров, но сельхозпроизводители переориентировались на другие культуры и от конопляной перерабатывающей промышленности ничего не осталось. Несмотря на трудности, краснодарские коноплеводы могут восстановить производство и переработку конопли в регионе и передать молодежи свой опыт.

    Специалисты Орловской области отметили, что после распада СССР Россия лишилась своего хлопкового сырья, а «котонизация» конопляных волокон позволяет заместить это сырье собственной продукцией. Из ранее функционирующих в этом регионе 9 пенькозаводов, сегодня остался лишь один, перерабатывающий до 1800 тонн сырья или 450 тонн пеньки. Однако еще два производства по переработке конопли можно реконструировать.

    Присутствующий на видеоконференции директор департамента растениеводства Минсельхоза РФ Петр Чекмарев, отметил, что благодаря невозможности замены пеньковых канатов на синтетические, удалось сохранить 6 предприятий, где производят канаты, шпагат, веревки, сердечники для стальных канатов. Также подчеркнув, что столь ценные ткани из пеньки для одежды и обуви в Российской Федерации не выпускаются.

    Добавим, что культивация промышленных сортов конопли также производится в следующих регионах РФ: Мордовия, Чувашия, Курская область и Пензенская область.

    В настоящее время в космонавтике и военно-промышленном комплексе, в строительстве, в топливной, химической, фармакологической промышленности, в мебельном производстве и, конечно, в текстильной промышленности, продукция из конопли имеет широкое применение.

    Коноплю можно назвать стратегической культурой, ее выращивание становится приоритетным направлением экономики во многих странах. Ученые всего мира, доведя количество наименований продукции из конопли до 25 тысяч, продолжают исследования по увеличению ассортимента продуктов коноплеводства. По данным Государственного антинаркотического комитета, в мировом объёме биотехнологической продукции доля России составляет 0,2%, в то время как доля США — 42%, Евросоюза – 22% , Китая – 10%, а Индии – 2%.

    В эпоху поиска экономичных энергетических ресурсов человечество вновь обратило внимание на коноплю, как на эффективный и дешевый источник биотоплива. Еще первый автомобиль, изготовленный Генри Фордом, был рассчитан на конопляное топливо, а многие детали революционного механизма были сделаны с применением пеньки.

    Кроме того, конопля может быть очень полезным союзником в борьбе за здоровье нашей планеты. Дело в том, что стебли и листья конопли поглощают углекислый газ в три-четыре раза быстрее, чем лиственные деревья. Также конопля является отличным природным абсорбентом, она обладает способностью очищать почву от тяжелых металлов, что позволяет использовать эту быстрорастущую траву для восстановления земель.

    Трудно переоценить роль конопли в проблеме сохранения лесов. Российские авиастроители разработали технологию производства целлюлозы ускоренным методом из конопли, доведя выход целлюлозы до 58 процентов. Экономический эффект от производства конопляной целлюлозы можно себе представить, учитывая, что содержание целлюлозы в конопле как минимум в 5-7 раз больше, чем в древесине. Однако цикл восстановления древесины составляет 20-30 лет, в отличие от конопли, которой требуется менее года.

    Также развитие коноплеводства поможет в решении острейших социальных проблем. По подсчетам Антинаркотического комитета и Минсельхоза РФ, при восстановлении посевных площадей конопли до момента распада Советского Союза, страна получит примерно один миллион рабочих мест, что поможет значительно снизить официальную цифру безработных в России, которая составляет примерно 5,5 миллиона человек.

    Однако на восстановление промышленного производства конопли может потребоваться около10 миллиардов рублей, но по подсчетам специалистов, ежегодный оборот отрасли может составить около 100 миллиардов рублей.

    Учитывая, что наркосодержащие сорта конопли произрастают в большом количестве в Амурской области и Приморском крае, Бурятии, Туве, в Еврейской автономной области, Забайкальском и Краснодарском краях, то привлекая эти регионы в государственную программу по коноплеводству, страна избавится от наркотиков, местное население получит работу и стабильный заработок, а государство — дополнительный источник дохода. При расширении посевов среднерусской конопли, Российская Федерация сможет не только ликвидировать зависимость от импорта сырья для многих отраслей промышленности, но и придать отечественной экономике эффективный импульс развития.

     Фотография Валентины Кузнецовой, ИА «РИА Мода».
  • Почему Сталин считал коноплю равной пшенице и подсолнечнику

    Юрий Гостев

    Конопля переживает сегодня второе рождение, но наркоманов просят не беспокоиться, или Что может прийти на смену «нефтяной экономике» в Татарстане

    Неожиданную тему поднял в своем блоге фермер из Елабуги Юрий Гостев, про которого «БИЗНЕС Online» недавно рассказывал. По его словам, известное всем растение конопля, которое долгое время находилось под запретом, в дореволюционной России была практически тем же, что сейчас нефть. Сто лет назад доходы от экспорта конопляной пеньки занимали второе место в казне Российской Империи. Количество наименований изделий из конопли достигает 6 тысяч! Это бумага, джинсы, древесно-волокнистые плиты, древесный спирт, метан, этанол, бензин… Даже ценимый нашими олигархами и средним классом доллар изготавливается из конопли. Из нее можно варить вкусную кашу и делать отличное экологически чистое масло. Фермер призывает активнее использовать коноплю в сельском хозяйстве, благо уже появились разрешенные Госнаркоконтролем безгашишные сорта этого растения.

    СВОИХ ЛЕСОРУБОВ УЖЕ С ИЗБЫТКОМ

    «Лесная транспортная компания», Елабуга

    В последнее время на трассе М7, в районе Елабуги, появилось много новых лесовозов с надписью «Лесная транспортная компания». Куда же возят древесину в таких количествах? Ответ я нашел на сайте минлесхоза РТ. Потребителем оказался турецкий комбинат по производству ДСП, ДВП, ОСП и прочих стройматериалов с потребностью 400 кубометров древесины в день. С одного гектара леса возможно получить 20 кубов древесины, соответственно, за год вырубается 6 тыс. гектаров леса.

    Цифры впечатляют особенно, если учесть, что по программе развития лесного хозяйства РТ до 2020 года запланировано создание защитных лесных насаждений на площади 18648 гектаров. Получается, одни только турки потребляют древесину в два раза быстрее, чем весь наш минлесхоз способен воссоздать. «Веселая» картина вырисовывается: и своих лесорубов уже с избытком, и лес в Татарстане надо бы для потомков оставить, и все эти прессованные плиты народом вроде как востребованы. Что же делать? Может, есть другие, альтернативные технологии? Оказываются, имеются! Как говорится, все новое — это хорошо забытое старое.

    Многие были в Москве, на ВДНХ, фотографировались у знаменитого фонтана «Дружба Народов». Напомним, как выглядит эта композиция: круглый бассейн, по внешнему периметру стоят девушки, представляющие сельское хозяйство от каждой союзной республики. В центре возвышается большая чаша, опоясанная тремя основными сельхозкультурами. Нижний ряд — подсолнечник, средний — пшеница, верхний — конопля!

    Как же так? Почему товарищ Сталин в таком сакральном памятнике отвел «гашишной травке» столь значимое место? Очень просто. Потому что конопля всегда была на Руси сельхозкультурой номер один!

    КОНОПЛЯ ВОЗВРАЩАЕТСЯ

    Испокон веков на Руси крестьяне выращивали коноплю. И ни одному растению они не уделяли такого пристального внимания. Да это и понятно: не мог мужик обойтись без пеньки. Глубокие старики и сейчас помнят, что встарь полотно для одежды и постели, домашние веревки и упряжь для лошадей, рыбацкие сети, паруса и морские канаты — все делалось из пеньки. Нехитрую еду заправляли, как правило, конопляным маслом.

    Нельзя было на селе жить без конопли. Ее высевали на сотнях тысячах десятин, русская пенька славилась во всей Европе.

    В России конопля раньше была практически тем же, что сейчас нефть… Предприимчивый Петр I серьезно занялся конопляным бизнесом. Он ввел государственную монополию на экспорт пеньки и самолично проверял качество. Ведь она поставлялась за границу — в Англию, Голландию и прочие морские державы. Такелаж их флота на 90% состоял из русского пеньковолокна. Еще при жизни Петра Россия стала ведущим мировым экспортером пеньки, а в середине XVIII века экспорт составлял 37 тыс. тонн в год! Сто лет назад доходы от экспорта пеньки занимали второе место в казне Российской Империи.

    СССР стал достойным преемником Руси — мы опять были впереди планеты всей. В 1936 году посевы конопли у нас в стране занимали 680 тыс. га — 4/5 всей мировой площади под коноплей!

    Надо сказать, что курение «травы», несмотря на повсеместное ее произрастание, отнюдь не было русской традицией (в отличие, например, от Средней Азии, где это часть культуры). Каких-нибудь 40 лет назад, а то и меньше, конопляные поля были бескрайними, а словосочетание «коноплеуборочный комбайн» не вызывало глупого хихиканья.

    Почему же сейчас конопля в изгоях и под запретом? За это надо сказать «спасибо» Никите Сергеевичу Хрущеву.

    ЗАГОВОР ПРОТИВ КОНОПЛИ

    Американский медиамагнат Уильям Херст закупал бумагу для своих газет у Дюпона, владельца корпорации «Дюпон Кэмиклз», добывавшего целлюлозу из древесины. Бумага из конопли по всем статьям превосходила дюпоновскую, и ее производство представляло серьезную конкуренцию. Вот Херст и развернул черную PR-кампанию: формально — против марихуаны, но по факту — против конопляных конкурентов. Ее основным тезисом было то, что использование конопли — основная наркотическая проблема, что марихуана вызывала у людей крайние проявления насилия (тут заодно и негров прижали!). Бизнесменам удалось провести в Конгрессе США закон «О налоге на марихуану». Этот закон запрещал даже медицинское применение марихуаны, а коноплепромышленников вынуждал платить такие непомерные налоги, что они закрыли свои отныне невыгодные предприятия.

    Бумагой из деревьев дело не ограничивалось. В этот же период Дюпон патентует изготовление пластика из нефти и угля, и с тех пор из нефтепродуктов начали производить пластмассы, целлофан, целлулоид, метанол и нейлон. Надо ли говорить, что коноплю требовалось просто уничтожить как класс, что, в общем-то, удалось.

    Позже, 30 марта 1961 года, в Нью-Йорке большинство государств-участников ООН подписали «Единую конвенцию о наркотических веществах», которая, в частности, предписывала установить строжайший контроль над выращиванием опасных наркосодержащих растений: опийного мака, коки и каннабиса. Кстати, что интересно, конопля, будучи универсальным лечебным средством, была включена в список «наркотиков, не имеющих медицинского применения», в отличие от опиатов, которые до сих пор широко применяются в медицине.

    Идя на поводу стереотипов о «западных ценностях», в 1961 году СССР тоже подписал конвенцию ООН. И, начиная с 60-х годов, площади выращивания конопли начали сильно сокращаться. Окончательный удар по коноплеводству, а заодно и по виноградарству, нанесла «перестроечная» кампания «борьбы с алкоголизмом и наркоманией» во времена Михаила Сергеевича. В результате этой «борьбы» мы получили разгул пьянства, наркомании и потерю целой огромной отрасли народного хозяйства. Человечество увели в сторону от получения экологически чистого производства тканей, бумаги, строительных материалов, лекарств, продуктов питания, доступного топлива и самодостаточного сельского хозяйства.

    Что касается наркотических свойств конопли, то в полной мере ими обладает только ее индийский подвид — каннабис индика. Кстати, Советский Союз не жалел средств на селекцию безгашишной конопли и добился в этом больших успехов. Только об этом невыгодно говорить громко.

    Так что все разговоры о том, что конопля — якобы вредный наркотик, это вымысел злобных капиталистов. Коноплю запретили, потому что она создавала серьезную угрозу деревообрабатывающей промышленности и вновь открытым синтетическим волокнам, которые в процессе производства и продажи были более прибыльными, чем конопля. Да и позднее легализовать ее не было никакой возможности — монопольные нефтяные «технологии» захватили мир…

    КОНОПЛЯ ВОЗВРАЩАЕТСЯ

    В последнее время, когда незыблемость мира, построенного на нефти, все-таки пошатнулась, есть надежда, что у конопли будет второе рождение. Хотя и очень медленно, конопля возвращает свое почетное место. Спрос на всяческие изделия из конопли увеличил посевные площади в Европе, быстро растет количество магазинов, продающих одежду и другие товары из конопли. В некоторых странах легализовали коноплю как лекарство. Мы, как всегда, отстаем, но можно полагать, что в недалеком будущем догоним остальной мир.

    В настоящее время селекцию безгашишных сортов конопли ведут несколько научных учреждений России. Ученые Краснодарского НИИСХ им. Лукьяненко ведут селекцию новых сортов конопли, не содержащей наркотических веществ, начиная с 70-х прошлого столетия. Сегодня они работают в тесном контакте с Госнаркоконтролем, им ничего неизвестно о запрете на возделывание конопли. В этом институте в 1991 году был создан первый российский сорт безгашишной конопли «Зеница».

    Замечу, что сорт считается безгашишным, когда в его растениях содержание тетрагидроканнабинола (ТГК) не превышает 0,1%. Такие растения, по данным Всемирной организации здравоохранения, не обладают наркотической активностью. Только такие сорта разрешаются для возделывания в производстве в России. Современные кубанские сорта конопли имеют содержание гашиша лишь 0,06 %. Поэтому наркоманам можно не беспокоиться. За рубежом допускается концентрация ТГК в растениях конопли не выше 0,3%. Для сравнения отмечу, что содержание тетрагидроканнабинола в обычных сортах конопли достигает 2 — 4%.

    Средства массовой информации внесли большой вклад в создание негативного образа конопли. В настоящее время даже выпускники сельскохозяйственных вузов зачастую не знают, зачем нужна конопля, какая от нее польза. Многие убеждены, что из ее волокна можно производить лишь канаты да веревки. Между тем общее количество наименований изделий из конопли ныне достигает 6 тысяч.

    ДЛЯ ЧЕГО ЖЕ МЫ МОЖЕМ ИСПОЛЬЗОВАТЬ КОНОПЛЮ?

    Первое: коноплю можно использовать в производстве тканей и одежды. Причем ткани из этого сырья довольно прочны и гораздо дольше носятся. К вашему сведению, первые джинсы Levi’s были изготовлены как раз из волокна, изготавливаемого из конопли. Ткань, получаемую из конопли, использовали в мореходстве, так как это единственная ткань из натурального сырья, не портящаяся при контакте с морской водой.

    Второе: производство бумаги. Первая бумага в Китае была создана как раз из конопли. А сейчас мы тратим древесину, загрязняя химикатами природную среду. Хотя производство бумаги из конопли обходилось бы значительно дешевле и без загрязнений природы целлюлозно-бумажными комбинатами. Столь любимый нашими олигархами доллар тоже изготавливается из конопли.

    Третье: производство топлива и пластика. Мякоть стеблей конопли можно перерабатывать в древесный спирт, метан, этанол и бензин! Некоторые дизельные двигатели могут работать на чистом конопляном масле. И все это — экологически чистое горючее!

    Одна из многочисленных областей применения конопли — конструкционные материалы. Растение можно применить при изготовлении прессованных плит или пластика на основе целлюлозы из его мякоти. Биопластики — не новинка. Еще в 1930 году Генри Форд сделал из них корпус для автомобиля, который, кстати, работал на конопляном топливе.

    Четвертое: производство стройматериалов, например ,древесноволокнистых плит, которые прочнее и эластичнее плит из древесины… Удивительно, но факт: один гектар конопли за год дает 5 — 6 кубических метров древесины, в то время как лесные породы деревьев — 2,7 — 3,2 куб. метра. Разница очевидна. Отличительной особенностью конопли является большое накопление в ее стеблях древесины (костры). Костра содержит 40 — 48% целлюлозы, 26% лигнина, 22% пентозанов и другие химические вещества.

    Она может быть использована для изготовления значительного количества различных видов материалов, например, костробрикетов, облицовочных плиток (декоративная облицовка стен и потолков), прессованных плит (костра в смеси с отходами полиэтиленовой промышленности), мебельных прессованных плит, а также строительных материалов (гипсокостроблоки, цементокостроблоки, кирпичи, панели, двери, рамы и другие строительные конструкции).

    Пятое: коноплю можно использовать в пищу. Семена конопли — очень ценный питательный продукт, содержащий растительные жиры и протеины. Кстати, в семенах не содержится наркотического вещества. Из семян многие народы варили кашу, напоминающую по вкусу овсянку. Одна горсточка семян конопли содержит дневную норму белков и жиров для взрослого человека. Единственным конкурентом по питательным веществам может стать только соя. И все же качество протеина в семенах конопли значительно выше. Эта культура с древних времен спасала многие народы в периоды голода. Из 10 кг конопляных семян получают около 6,5 кг жмыха, 1 кг которого по кормовым достоинствам равнозначен 2,4 кг картофеля или 4,9 кг силоса, а по содержанию перевариваемого белка — 2,85 кг зерна овса, 3 кг ячменя или 3,4 кг зерна кукурузы.

    Шестое: изготовление растительного масла. Масло из конопли можно использовать в пищу так же, как и подсолнечное, оливковое, рапсовое и другие растительные масла. А, как известно, из растительного масла изготавливают олифу, основы для лаков и красок. Конопляное масло используют для производства лекарств и косметики.

    Седьмое: производство лекарств. Конопля упоминается почти во всех известных медицинских книгах прошлых веков. Обычно она перечисляется среди универсальных средств, лечащих многие болезни. Список заболеваний, при которых эффективно применение «травки», включает (по современным данным): рассеянный склероз, рак, СПИД, глаукому, депрессию, эпилепсию, мигрень, астму, сильные боли, дистонию, расстройства сна и множество менее серьезных заболеваний.

    КОНОПЛЯ — САНИТАР САДА И ОГОРОДА

    Там, где растет конопля, не болеют растения, деревья и кустарники, нет тли, яблоневой плодожорки, картофель не заражается фитофторозом. Одно-два растения в теплице избавляют от болезней и вредителей огурцы, помидоры и другие растения, привлекают множество пчел. Пчелы, «пасущиеся» на конопле, не заражаются клещом. Запахи цветущей конопли не переносят колорадский жук, медведка, тараканы.

    Говоря о ценности конопли, нужно особо подчеркнуть, что это высокодоходная культура. Если умело ее выращивать, то с ней не может сравниться ни лен, ни сахарная свекла, ни подсолнечник, не говоря уже о зерновых культурах. Занимая в посевах 3 — 5% пахотных земель, конопля обеспечивает 46 — 50% доходов от растениеводства. Все это свидетельствует о больших возможностях коноплеводства.

    А можно вообще ничего из нее не делать, просто посадить на загрязненной земле, конопля высосет оттуда тяжелые металлы, причем ни цинк, ни свинец росту конопли не помешают. В Германии, где земли, выведенные из сельскохозяйственного производства, занимают до 15% от общего земельного фонда, фермеры получают дотацию от государства на возделывание там конопли, разумеется, безнаркотической. Это отличный способ рекультивировать помойку.

    Для возделывания конопли не нужно использовать никаких химикатов, в частности, пестицидов. Не требуется удобрений, так как эта культура хорошо растет почти при любом климате. Конопля дает огромное количество растительной массы всего за три месяца вегетационного периода. По подсчетам специалистов, 1 гектар конопли может заменить 4 гектара леса!

    КОНОПЛЯ СПАСЕТ РОССИЮ

    Именно под таким лозунгом провел презентацию изделий из конопли Госнаркоконтроль. Есть шансы, что такая ценная отрасль сельского хозяйства, как коноплеводство, займет достойное место. Для примера: в Пензенском НИИСХ выведена безгашишная конопля сорта «Сурская», она внесена в Госреестр разрешенных сельхозкультур. Семена вместе с патентом, сертификатом и консультациями можно приобрести в лаборатории коноплеводства. В некоторых регионах России процесс по развитию коноплеводства уже пошел, например, в Амурской области.

    Комплексное развитие коноплеводства как одного из видов природных биотехнологий позволит нашим сельхозпроизводителям освободиться от гербицидов и прочих ядов. Работая ради прибылей западных химических компаний, типа «Сингента», агропромышленники отравляют почву, выращивают растения, опасные для здоровья человека.